— Это очень молодая наука, она изучает воздействие лекарственных средств на организм больного человека. Впервые ВОЗ признала клиническую фармакологию как науку в 1971 году, через три года этот доклад был переведен на русский язык. Так что в 2011 году мы отметили ее 40-летие. Этому юбилею была посвящена международная конференция в Москве, куда съехались ученые из Англии, Белоруссии, Казахстана, Киргизии. Мы как раз праздновали и 80-летие нашего ведущего академика, признанного во всем мире, Владимира Григорьевича Кукеса. Только две цифры: он написал 21 монографию по этому предмету, 136 его учеников защитили диссертации по клинической фармакологии.

 

— Нас знают и любят. На конференции были представлены две наши работы. Мы участвуем во многих научных проектах, которые организованы в РФ. В декабре 2010 года на базе клиники медуниверситета открылся Научно-образовательный центр «Клиническая фармакология». Наш центр, единственный на Урале, занимается фармакогенетикой. Эта отрасль клинической фармакологии изучает индивидуальную реакцию человеческого организма на лекарственные препараты. Мы делаем генетический анализ и определяем, почему препарат не работает. Тест позволяет предвидеть и побочные эффекты лекарства. После его проведения врач клинический фармаколог интерпретирует анализ и дает рекомендации по рациональному применению препарата лечащему врачу. Другое направление работы центра — организация и проведение клинических исследований новых лекарств. На третьей фазе, когда препарат еще не зарегистрирован, мы апробируем его на добровольцах. Международные правила проведения клинических исследований очень жесткие, но больные с удовольствием участвуют в них, ведь препараты они получают бесплатно. И мы очень внимательно наблюдаем за их действием. Нам пришлось исследовать кардиологические и эндокринологические лекарства.

 

Еще одно важное и абсолютно новое направление деятельности нашего центра — фармакоэкономика. Это расчет стоимости лечения, насколько один препарат экономически эффективнее другого. У нас уже защищены три диссертации на тему клинико-экономического обоснования лекарственного обеспечения медицинских организаций. Деятельность клинического фармаколога позволяет рациональнее использовать деньги на лекарства, экономить средства. Конечно, анализ делается по желанию лечебного учреждения, но такие заявки мы получаем все чаще.

 

Самое старое, еще с 1998 года, направление нашей деятельности — изучение побочных действий лекарств. Мы собираем карты-извещения о неблагоприятных побочных реакциях на лекарственные препараты у врачей, анализируем их, выясняем причины возникновения побочного действия. Чаще всего побочные действия возникают при нарушении инструкции по применению лекарств, ведь их можно предвидеть. За время существования центра подготовили несколько телепередач на эту тему.— Прямо фантастика какая-то, Галина Григорьевна! Как можно предвидеть, будет у таблеткипобочное действие или нет и какое?

 

— Возьмите тот же аспирин (ацетилсалициловую кислоту). Сегодня уже все знают, что он негативно воздействует на слизистую желудка, но продолжают принимать его натощак. Конечно, будут побочные действия, если вы не станете защищать желудок. Есливы принимаете аспирин длительно для разжижения крови, ни в коем случаенельзя резко отменять препарат — может развиться инфаркт миокарда или инсульт. Опасен одновременный прием аспирина и ибупрофена. Детям до 15 лет для снижения температуры на фоне острых вирусных инфекций аспирин вообще противопоказан, потому что может возникнуть синдром Рея (поражение нервной системы и печени).

 

Все побочные эффекты возникают, когда лекарство неправильно используют, не читают инструкцию по его применению или занимаются самолечением. У нас была пациентка, которая два с половиной года применяла постоянно без перерыва диклофенак натрия. Он метаболизируется в печени, и у женщины развился лекарственный гепатит. Смертность из-за побочного действия препаратов стоит на четвертом (!) месте в мире. В межсезонье, когда все чихают, сморкаются, куда идут больные люди? К сожалению, не к врачу в поликлинику, а в аптеку и лечат простуду антибиотиками. Теми самыми антибиотиками, которые ознаменовали новую эру в медицине, позволили победить туберкулез и многие другиеинфекционные заболевания. Это также нелепо и чудовищно, как стрелять пушками по воробьям. Простуду вызывают вирусы, антибиотики на них не действуют. Кроме того, бесконтрольный прием антибиотиков чреват страшными последствиями и для самого больного, и для человечества.

 

Я занимаюсь с провизорами, по их наблюдениям, люди чаще всего сами назначают себенестероидные противовоспалительные препараты, антибиотики и лекарства против артериального давления. Это ужасно — лечиться по советам из Интернета, подруги или соседки. Безопасных лекарств нет, и бездумное их применение может принести серьезный вред. Люди даже не догадываются, что есть лекарства для молодых, есть те, что рассчитаны на людей старшего возраста, для разных стадий заболевания, для мужчин и женщин и даже для представителей определенных национальностей. Клинический фармаколог анализирует все эти составляющие плюс взаимодействие с другими препаратами и только после этого выносит вердикт, правильно ли назначены лекарства, в тех ли количествах, концентрациях, сочетаниях. Министр здравоохранения Вероника Скворцова привела такую цифру: в России зарегистрировано 33 тысячи препаратов. Такого количества нет ни в одной стране мира.

 

 

— Не более пяти. Прием более пяти лекарств мы называем полипрагмазия — при ней частовозникают побочные эффекты. Хотя я встречала людей, которые одновременно принимали по 20 и более лекарств и не видели в этом ничего особенного. Еще раз напоминаю: если врач назначает более пяти препаратов, есть резон обратиться за консультацией к клиническому фармакологу. У нас в Челябинске 30 таких специалистов, они есть в каждой крупной поликлинике города.

 

— Недавно опубликовали такие данные США: 84 процента лекарственных препаратов вообще ничего не лечат. И вот данные ВОЗ: 70 процентов всех лекарств не являются жизненно важными, то есть мы можем обойтись без них. Вот почему иногда нам, клиническим фармакологам, приходится запрещать лечить неэффективнымипрепаратами, спорить с практическими врачами. Доктор говорит: «Давайте это покапаем!» А какой смысл?

 

 

— Так было в прошлом веке, когда у препаратов была низкая биодоступность, то есть всистемный кровоток они поступали в минимальном количестве. Сейчас необходимости вкапельницах в большинстве случаев нет. За рубежом вообще редко капают, а в стационарбольного направляют только в крайне тяжелом состоянии.

 

 

— Анальгин снимает боль, но вместе с ней уменьшает количество лейкоцитов в крови и запрещен в 40 странах мира. К сожалению, у нас он продается в аптеках без рецепта.