Психологический проект Челябинска
перейти на Med74.RU Психологам
«В жизни есть две трагедии. Одна — не добиться исполнения своего самого сокровенного желания. Вторая — добиться.»
Б.Шоу
Регистрация

Теперь побои официально разрешены и прикрыты «заботой о семье»

dom_nasilie_350.jpg25 декабря в Госдуме во втором чтении был принят закон о декриминализации домашнего насилия. Честно, волосы на моей голове зашевелились…

Что означает этот закон?
Теперь, если в семье кто-то применил физическое насилие по отношению к ребенку/ супругу/ другому родственнику, и насилие произошло первый раз, и не повлекло тяжких последствий (смерти, потери здоровья, трудоспособности), то данное преступление не будет считаться уголовно наказуемым, а переводится в разряд административных правонарушений.
Как по мне, так это приравнивание насилия к норме. Но депутаты с экранов, оправдывая принятие этого закона, рассказывают о том, что такой закон гуманен, этичен и просто необходим, тасуя факты и подменяя понятия.

Как так получилось, что такой абсурдный закон принят общественностью? Что было для этого сделано?

Первое.
Действующий закон необходимо представить в глазах аудитории как неэффективный и слишком жестокий. Для этого нужно взять в качестве иллюстрации какую-нибудь гипертрофированную ситуацию и предъявить ее общественности как среднестатистическую.
Например, рассказать историю о том, что, сегодня, практически каждый воспитатель или мамочка может привлечь к уголовной ответственности отца ребенка, если на теле малыша будут обнаружены синяки. Конечно, такая история, рассказанная слушателям, будет казаться несправедливой по отношению к отцу - мол без вины можно посадить человека за решетку. Нехорошо! И какую вызовет реакцию? Надо менять закон, защитить такого папу от происков нерадивых воспитателей и жены.

А как обстоят дела на самом деле? Много ли таких случаев вопиющей несправедливости по отношению к отцам произошло, чтобы объявить это среднестатистической историей? Кого-то посадили из- за синяков на теле ребенка? Думаю, ответ любому здравомыслящему человеку понятен. Таких историй практически нет.
Зато есть другие истории, из реальной жизни, с которыми я и те, кто занимается оказанием помощи пострадавшим от насилия, сталкиваются в своей профессиональной деятельности практически ежедневно.
И эти истории похожи одна на другую:

В российских семьях есть, и более того, процветает домашнее насилие. С января 2015 по сентябрь 2016 в правоохранительные органы обратилось около 30 тысяч(!) людей, подвергшихся побоям от кого-то из родственников. И это только те, кто решил составить заявление. А чаще всего (в 70% случаев) жертвы насилия не обращаются за помощью. И реальные цифры пострадавших от него страшно даже представить.

Самое большее, что делают жертвы насилия – обращаются за психологической помощью, но при этом они не готовы обращаться за помощью в правоохранительные органы. И чтобы такая женщина обратилась в полицию, в этот или следующий раз (даже когда есть реальная угроза жизни и здоровью), психологу нужно достаточно долго работать с ней и мотивировать ее на этот шаг. Почему? Потому что страшно, потому что женщины не верят в результативность данных мер, и чаще всего у жертв насилия уже нет ресурса, чтобы объективно оценивать реальность и признать ситуацию насилия опасной. Как говорят пострадавшие от насилия женщины: «Зачем вызывать полицию, если они ничего не сделают. Просто поговорят с мужем и уйдут. А я получу за это… А если и заберут, то отпустят его через 3 часа. А на что готов озлобленный, рассвирепевший мужик?» Даже если женщины и пишут заявления, то очень часто их забирают, так как их конфликт с супругом входит в фазу «медового месяца», когда кажется, что это больше не повторится, и муж искренне просит прощения и ползает на коленях… А потом насилие повторяется, да еще с большей силой. Да и сотрудники полиции, зная, о том, что половина заявлений забирается женщинами обратно, не настаивают на их написании.
И вот теперь, в этих условиях, когда больше половины случаев замалчивается, а принятие решения подать заявление на обидчика принимается ой как не просто, давайте еще меньше поддержки и надежды на изменение ситуации дадим таким женщинам: «Бьет? Ой как не хорошо получилось! Вы заявление напишите в полицию - мы ему штраф выпишем. А вот когда он вас еще раз изобьет, вы еще раз напишите заявление, побои снимите, а там может и до суда когда-нибудь дойдет…». А если еще учесть, что тираны умеют бить так, что следов от побоев нет?... А если обидчик хитер, и не бьет, а использует эмоциональное или вербальное насилие (унижения, оскорбления, и делает это систематически), получая от этого удовольствие и власть над жертвой? Теперь это вообще не будет учитываться? Ведь не бьет…Что такого?

И второе.
Чтобы закон не вызвал общественного резонанса, его можно прикрыть якобы проведенным социологическим опросом, по результатам которого 60% населения поддерживают более мягкое отношение к незначительным конфликтам в семье… Но когда, где и с кем проводилось это исследование? Данных нет. По понятным причинам.
Что буде дальше, не понятно. Ведь насилие в семье – это не только личная, но и системная проблема, и чтобы ее решить, необходимы меры, не только психолого – просветительские, но и законодательные. У нас на данный момент государство не поддерживает ни то, ни другое, урезая финансирование муниципальных служб, работающих на профилактику насилия и оказывающих бесплатную поддержку пострадавшим, и принимая такие абсурдные законы.


Автор: Дементьева Анастасия Владимировна

Оставьте свой комментарий:


Повторите указанный код
Ваше сообщение
ИМЕЮТСЯ ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ. НЕОБХОДИМА КОНСУЛЬТАЦИЯ СПЕЦИАЛИСТА
Забыли пароль?